CТÃРЫЙ ГРИФ

Приветствую Вас, Гость


Регистрация
| Вход

ГЛАВНАЯ

Гитарный гриф

Гриф «секретно»

В зоне
логических аномалий

Статьи разных авторов

Олег Кригер

uCoz

•В ЗОНЕ ЛОГИЧЕСКИХ АНОМАЛИЙ••Солдаты в цирке не смеются
В ЗОНЕ ЛОГИЧЕСКИХ АНОМАЛИЙ
 
От трех трясется земля,
четырех она не может носить:
Раба, когда он делается царем,
Глупца, когда он досыта ест хлеб,
Потаскуху, когда она выходит замуж,
Служанку, занявшую место госпожи своей.

Книга притчей Соломоновых
Гл. 30, стихи 21-23

Фентези для младших
сержантов технических служб.

Все персонажи и события данного повествования являются стопроцентно вымышленными, для верности у некоторых персонажей изменены внешность и регистр голоса, поэтому любые совпадения с  реальными людьми и событиями абсолютно случайны.

А буде кто узнает себя в отрицательных героях – сделайте мир лучше, убейте себя.


часть первая

Солдаты в цирке не смеются

Пролог

В блужданиях по Инету набрёл я на интереснейшую статейку.

Смысл, вкратце, таков: в системе ТСО (технические средства охраны) Федеральной системы исполнения наказаний дела обстоят из рук вон плохо. Важнейшую проблему всячески пытаются обойти, но шила в мешке не утаишь: она в резко недостаточной квалификации «специалистов».

А ещё в праздничный день я увидел на главной площади вербовочный пункт, набирающий на службу по контракту. Лютый недобор! Без выходных работают, как неотложка! Вдруг кто-нибудь спьяну вздумает податься в защитники...

Эта всё вызвало у меня мощный поток воспоминаний, попытаюсь их изложить, ибо в них содержатся ответы на многие вопросы.


Началось всё это безобразие весной 1993 года. На тот момент работал я дворником-сторожем в учреждении «Платан». (Ладно, хоть не «Дубок»). Благодаря ведомственному подчинению я по­лу­чал в 4 с гаком раза больше своих неведомственных коллег, и был почти доволен жизнью, но тут головная фирма оказалась в затруднительном положении, и решила отдать мою контору профильному министерству, в результате чего моя зарплата должна была оказаться приведённой в соответствие... Пришлось заинте­ресоваться ситуацией на рынке труда.

Выяснилось, что ситуация фиговая, единственный луч света – служба по контракту, на которую начался набор. Вот так летом 93-го года я оказался в роте внутренних войск, охранявшей... на ка­кой там, у Довлатова, Мищук отбывал? На пятой? Ладно, пятую зону в городе Зурбагане, штат Сан-Андреас, на должности мастера ЧАВО, чрезвычайной автоматизации вооружённой охраны, сталбыть.




Театр, как известно, начинается с вешалки, то бишь, с гар­дероба. Военная служба – с веще­вого склада. Прапор с гла­зами кролика норовил всучить всякое тряпьё, ношеное, с оторванными пуговицами, мотивируя тем, что ему ещё надо одеть молодой призыв. Почему он считает, что мне есть до этого дело, он не объяс­нил. В итоге я получил кучу деталей разных комплектов, и ни одного полностью, причём до хрена чего было мало́.

Через много лет мы с этим прапором жили в соседних дворах. Как-то он попытался со мной заговорить, как обычно заговаривают с теми, кого хотят видеть если не в друзьях, то в приятелях. Ответил ему, что мне это неинтересно, не вдаваясь в подробности. Нет друзей, и таких не надо.


С первого дня я столкнулся с удивительными вещами. В част­ности, выяснилось, что мой непосредственный начальник, техник ЧАВО старший прапорщик Прощельчук, находится в от­пуске, в то время, как аппаратура ЧАВО пребывает, мягко сказать, в неудовлетворительном состоянии. Так что главным тэсэошником на «пятёрке» был солдатик-срочник Серёга, который и не скрывал, что ничего в «этой конной авиации», по его выражению, не понимает, а попал на ЧАВО по блату.

И вот мы вдвоём весело приводили в порядок убитую систему, в которой оба ни бельмеса не смыслили, только Серёга приговаривал: «Вот был бы Прощельчук, он бы знал... он бы объяснил... он бы показал... бла-бла-бла... ни хрена я не понимаю в этой конной авиации... Прощельчу-ук...»

Что за дурак ротный отпустил в отпуск техника при таком состоянии системы, да ещё в самое подходящее для работ время? Чтобы посмотреть на него, надо было подождать, ибо он, вы не поверите, тоже был в отпуске. Представьте себе, что в десант­ной роте половина машин не на ходу, а ротный с техником беззаботно уходят в отпуск. Анпосэбл? А в ВВ, как видим, ничего невозможного нет.

Кривые лучи

 
Прибор работает в двух режимах: «Включено» и «Выключено».

Сидим мы это в аккумуляторной, служащей нам мастерской, учебным классом, кладовкой и комнатой отдыха. Серёга с серьёзным видом объясняет работу устройства «Пион-Т»:

– Система состоит из приёмника и передатчика. Передатчик соз­даёт лучи изогнутой формы, в результате чего образуется объёмная зона захвата...

– Серёга, не может система испускать кривые лучи, луч прямой по определению...

– Не знаю, мне так Прощельчук объяснял, слушай дальше: к приёмному устройству от пульта подходит контрольная пара, напряжение в ней – доли вольта...

– Не может быть, при такой длине линий в них наводки до двух вольт, контрольное напряжение, самый минимум, пять вольт.

– Прощельчук так объяснял – отвечает Серёга с явным раздраже­нием.

– Ладно, а что скажет волшебный ларчик?



И я беру тестер, и иду к распределительному ящику. Серёга, куда бы он делся, следует за мной. Открываем дверку, там дикая перепутань проводов, от которой у меня начинает ломить в вис­ках, но Серёга уверенно что-то замеряет, и сообщает ошарашен­но:

– Двадцать вольт!

– Вот в это верю.

А изогнутую форму имеет граница зоны захвата радиолуче­вого датчика «Пион-Т». Лучи, разумеется, прямые.

Псы

Вдоль основного ограждения на специально огороженных блок-постах (таково строение зоны, ограждения с ограждениями сходятся, смыкаются, друг друга перегораживают), живут сторожевые псы. Одним из таких псов был Таир, монстр, наводящий ужас. Однако Серёга с этим монстром был вполне в фамильярных отношениях.

И я пропадал от зависти, глядя как Серёга треплет этой твари холку, чешет за ушами. При этом вспоминался вопрос: а как мы, чёрт возьми, будем обслуживать аппаратуру на этом участке, когда Серёга дембельнётся.


На другой стороне периметра жил другой монстр, Бен. Выглядел он не так страшно, как Таир, но реально был злее, не впускал к себе даже кашевара с кормёжкой, а Серёга и вовсе побывал у него на зубах, хорошо, что зимой, в ватных штанах, дело обошлось гематомами. Его-то я и решил приручить. И по­лу­чилось это до обидного просто, пёс быстро меня признал, даже не куснул ни разу.

Гордый за мой успех Серёга разыгрывал перед сослуживцами целое представление, о том, как Бена кормят кашевары, и как это делаю я. Кашевары наливали баланду в бачок через решётку. Поев, пёс оттаскивал бачок на некоторое расстояние от калитки, поэтому здесь всегда находилась клюшка из шестиметрового прутка диаметром 16 мм. Ею кашевары каждый раз подтягивали бачок, чтобы наполнить, причём ехидный пёс никогда не оттаскивал его слишком далеко, чтобы клюшкой не достать, хотя очень даже было куда.

Вот этот момент подтягивания бачка получался у Серёги смешнее всего. Но меня по-прежнему терзал вопрос, как обслуживать таиров участок, когда Серёга уедет.

Гуманизм и бережливость

Когда-то на зонах стояло электризуемое заграждение. Всего восемь киловольт. Убрали. Из гуманных соображений. Примерно в это же время произошло перевооружение с АК-47 на АК-74. Перевооружение это прошло по всем внутренним войскам, не только охранным, а ещё раньше перевооружилось Минобо­роны. В чём же разница между двумя моделями автомата?

Однажды военные статистики подсчитали и прослезились: оказалось, 70% солдат, получивших огнестрельные ранения, выздоравливают и возвращаются в строй. Хорошо, свои, но ведь и чужие тоже! Короче, не будем вникать в технические подробности, но АК-74 это оружие, обеспечивающее гораздо более высокую смертность раненых. Охранным структурам это нужно?

Одно из свойств пули АК-74 – склонность к рикошету. Там, где обычная пуля зароется в грунт или застрянет в деревяшке, эта отрикошетит, и полетит дальше искать жертву. Это неплохо, когда мы кроем по позициям противника, а на зоне, как правило, оружие применяется в ситуации, когда надо попасть в кого-то персонально, причём желательно не убить, а уж попадать в дру­гих оказавшихся в поле зрения, категорически нежелательно. Да, АК-74 – чисто фронтовое оружие, для охраны оно не годится.

А теперь прикинем, во что влетело производство полумиллиона лишних стволов и нескольких сотен миллионов патронов к ним.

Явление мессии

Но вот вышел из отпуска Прощельчук. Встретил он меня радушно, сразу же прочитал лекцию минут на 10, что и как делать. Оказавшись на безопасном расстоянии, я сказал Серёге: «Чё-та мне кажется, парень в электронике плавает», на что доблестный Серёга бодро ответил: «Не скажи, ты видел, КАКОЙ у нас пульт?»

Разумеется, видел. Индикация на лампочках накаливания, кнопки, как на электрогитаре «Урал». А ещё я и схемы посмотрел, всё на транзисторах первого поколения, серия «П», германий. Я неопределённо пожал плечами, повёл бровями, Серёга, похоже, воспринял это как проявление восхищения, и светя глазами, выдал: «Это благодаря Прощельчуку!»

Хм... непонятно... он что, сам этот пульт собрал с нуля? И как же он поставил его на боевое дежурство без сертификата, без заводского номера? Загадки множились, разгадки запаздывали.

Впоследствии я выяснил, что пульт действительно серийный, на всех зонах и многих других охраняемых объектах стоят такие же. Модель давно снята с производства, а данный экземпляр два года как списан по старости. Короче, для тех, кто в курсе, самая обыкновенная «Ночь-12».


Здесь нужно пояснение: если вы сейчас наберёте в поисковике запрос «Ночь-12», абсолютно всё, что поисковик найдёт, касается системы «Ночь-12М».

То, что у нас было, якобы благодаря Прощельчуку, представляло собой первобытно-доисторическую, изначальную «Ночь-12».

Вот это:

тоже не она, это «Ночь-12М2».

Вот он, мой электрический пёс, еле нашёл малюсенькую фотку:



А смысл инструкций Прощельчука сводился к следующему:
в пульте поломок и неисправностей в принципе не может быть, и незачем туда лазить, все проблемы – на периметре. Ещё дал ценный совет в плане организации мышления при поиске неисправностей: «Надо мыслить от простого!»

Недостающее звено

Но вот и ротный из отпуска вернулся. Капитан. Назовём его Шурик, а фамилию дадим Бушинский. Все ассоциации оставляю на вашу фантазию. А я, увидев его, обомлел. Дело в том, что существует околонаучная мулька, будто антропологи никак не могут обнаружить одно из промежуточных звеньев между обезьяной и человеком.

Представьте себе, в керной компании кто-то бухой говорит: «А вы знаете...не могут найти ...» И все проникаются, какой у нас товарищ эрудированный, и как всё загадочно, вот ведь, не могут найти... Кого? Вон пятой ротой командует, оно в чистом виде. Только шапку носит не по уставу – ширины лба на два пальца не хватает. На пару с Прощельчуком они выглядели очень весомым доказательством дарвиновской теории. Но, поскольку у нас заявлено фентези, пусть они будут гоблинами. А Серёга – хоббитом.


– Чем занимаемся? – строго спросил начальник. Весьма забав­но смотрелись потуги этого дегенерата выглядеть умно и строго.

– Изучаем периметр.

– Ка-ак! Вы же у нас уже вторую неделю! И до сих пор?..


Вскоре на ЧАВО появился ещё один кадр – орк Лёва Задов. Если мы с Серёгой были любительской лигой, то Лёва был профессионал – электрик 5-го разряда! И вот мы уже втроём реанимируем убитую систему. А у системы имелась забавная фишка – срабатывали сразу несколько участков, чохом. Я методом проб и ошибок пытался с этим бороться, но безуспешно. Зрело подозрение на неполадку в громкой связи, точнее, ошибку в монтаже динамиков. Нужна была ревизия громкого хозяйства, но когда я доложил об этом Прощельчуку, он ответил, что от громкой такого быть не может, дело в чём-то другом.

А вскоре случился утренник в дурдоме. Серёгу отправили на прополку капусты, Бушинский с Прощельчуком разом типа взяли отгулы, мы с Лёвкой остались за старших на периметре, за старшего по роте остался старшина, старший прапорщик Мабуть. Ставить аппаратуру в ремонтное состояние он не разрешил. Последовавшей ночью «Ночь-12» дала слишком много, даже для «Пятёрки», сработок.

Утром нас с Лёвкой вызвал аж целый комбат, майор Пустобазаренко, и обвинил нас в происшедшем. Серёге, как выяснилось, тоже влетело. Да уж, элементарными навыками командования товарищи не обладали, зато здорово умели находить виноватых.

К обеду появился Прощельчук, повздыхал о случившемся, дал советы на будущее. Тут я снова затеял разговор о мно­жественных сработках, и Прощельчук повторил свои отговорки, и отправил нас искать, где пропадает питающее напряжение на один из датчиков.

А с питающим всё было сурово: от магистрали был сделан отвод метров 5, с 7-ю скрутками. На магистрали было 20 вольт, на устройстве – 18. И мы чистили скрутки одну за другой, и без конца замеряли напряжение, но оно, зараза, не росло, и тут у нашего профи возникла блестящая идея:

– А чего мы всё время параллельно замеряем, давайте попробуем последовательно...

Судя по Серёгиной морде, он едва не описался от восхищения, и на мои попытки объяснить, что к чему, ответил весьма раздражённо в стиле «не мешай!» Померили, воскликнули в две глотки «...себе!» 45 вольт! Тут мне пришла идея пусть не столь ослепительная, зато более полезная. Наведался на ближайшую свалку, нашёл подходящий кусок провода, смонтировали, всё пошло. 20.

Пошли к Прощельчуку докладывать о проделанной работе, тут Лёвка и описал свой дерзкий эксперимент, и полученный результат, и попросил разъяснений. Я аж дыхание затаил, ожидая, как сейчас посмеёмся на пару, но пришлось в одиночку сдерживать смех. Прощельчук, глубыкомысленно мыкая, начал строить догадки, типа «в емкостях скопилось...»

Служба обещала много интересного.



Потом Лёвка пошёл домой, а меня хоббит придержал за рукав:

– Надо что-то делать с кучными сработками.

– Давай завтра...

– Потом, потом, а ты представляешь, каково в карауле ночью, когда срабатывает сразу 3-4 участка! Куда бежать, где искать?

– А Прощельчуку почему это не говоришь? Это же благодаря ему... – ответом были лишь увлажнившиеся глаза. – Ладно, сопротивление ом на полсотни есть?

Минут через 15 с оптовыми сработками было покончено.

– Понял?

– Понял.

– Что ты понял?

– Прощельчук сегодня сказал, что в «Ночи» такой усилитель, что хоть как подключай, ничего не будет. Вижу, что это не так.

– Правильно. И ещё: напряжение последовательно не замеря­ется, только параллельно. Последовательно замеряется сила тока. Это элементарная электротехника.

А на вступительной лекции Прощельчук втолковывал мне, что в пульте поломок не бывает, и быть не может, поэтому при любых поломках причину следует искать на периметре. Что он ответил на моё предположение о причине кучных сработок, Серёга только что воспроизвёл.

Получалось, что проблемы, по мнению кадавра, в принципе не могло быть, что, по его же мнению, было веским основанием ею не заниматься. Идиллия, да и только! Только вот неувязочка: проблема существовала, и постоянно напоминала о себе. И результат добавления сопротивления в цепь динамиков стал переходным моментом от смутного сомнения в про­фес­сио­нализме Прощельчука к уверенности.

Банкет с чудесами

Служба обещала много интересного, и обещание это выполняла. Вскоре в карауле один недоучившийся маг сотворил трёхлитровую банку спирта, отдававшего, по недоученности, сложным нефтехимическим букетом, и на время удалил всё командование.

Пьянка получилась знатная, с катаниями по наклонным поверхностям, чему поспособствовал прошедший ливень, и Лёвка купался в прекрасном горном озере, окружённом мраморными скалами, и кричал нам, чтобы посмотрели, как у него красиво получается, но ровно в 15-00 озеро превратилось в аккумулятор­ную, и он лежал на грязном полу в обоссанном от колен до подмышек х/б.

Некоторое время он сидел в аккумуляторной, обсушиваясь и околёмываясь, затем отправился на поиск кредита на продол­жение банкета.

На следующий день он вполне годился в пособия для медицинских учебных заведений, по многим темам сразу. Истончавшая шея и заострившийся нос делали его похожим на воробья. До обеда он скрывался в аккумуляторной, после выразил желание поработать. Серёга поручил ему подсоединить два датчика на одном из участков, причём подсоединить надо было последовательно.

Минут через сорок мы обнаружили Лёвку на пятачке перед КПП, совершающим круговые движения с видом человека, забывшего, кто он, куда идти... Нас он с видимым трудом узнал, а на вопрос, подключил ли он датчики, заплетающимся языком промямлил, что не знает, как это – последовательно.

Стрельба с разборками

Куда вы стреляете, я-то здесь для чего стою?!

В свой срок и на стрельбище съездили, на занятие по огне­вой подготовке. До места и обратно ехали на арен­дованном автобусе. Прям, туристы. Никакой выверки оружия не произво­дилось, сразу начали пулять по мишеням. Естественно, все – мимо. И срочники, и «сверчки».

Бушинский всех построил, и произнёс прочувствованную речь о стоимости аренды автобуса, потраченных патронов, что из-за нашей безответственности все расходы – зря. Я было поду­мал, что в таких увещеваниях и состоит методика повышения огневой подготовки, но не тут-то было. Бушинский ещё раздал патронов, и начал по одному вызывать на рубеж.

И тут выяснилось, что я делаю неправильно абсолютно всё. Не в той руке несу автомат, выдвигаясь на рубеж, не тем пальцем оттягиваю затворную раму, левый глаз, оказывается, нужно закрывать... короче, все мои органы совершенно неправильно участвовали в процессе. Добил меня новоявленный учитель стрельбы тем, что опустившись на корточки, начал гвоздиком рисовать на земле, как совмещать элементы прицела и мишень.

Тут я ему и объяснил про выверку прицела. Он окончательно рассмешил меня заявлением, что всё выверено, попытался подтвердить это на практике, так же точно никуда не попал, и дал команду всем разряжать магазины. Похоже, чего-то понял.

И он действительно понял! Всего через три года на этом же самом месте крепко обновившимся составом, но под командова­нием всё того же Бушурика мы выверяли наши несчастные стволы.

Но это уже совсем другая история.

Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: